Как делается кино, нынешние зрители представляют себе достаточно четко. Киношники в этом плане — молодцы! Пиарят собственную индустрию по полной программе, держа публику в курсе всех закулисных сплетен и интриг.
А вот о том, как делается газета, читатели задумываются достаточно редко. И правильно делают! Потому что со времен Марк Твена, Ильфа с Петровым, Зощенко и Карела Чапека в нашей сфере деятельности практически ничего не изменилось. Разве что линотип заменили компьютерами, а должность с головокружительно-роскошным названием "метранпаж" превратилась в "оператора компьютерного набора".
"Впрочем, газеты интересны не столько тем, как они делаются, — утверждал Чапек, — сколько тем, что они вообще существуют и выходят регулярно. Еще не бывало случая, чтобы газета содержала лишь краткое уведомление читателям, что за истекший отчетный период ничего достопримечательного не произошло и поэтому писать не о чем. Если даже всю редакцию свалит грипп, номер выйдет, и в нем будут все обычные рубрики, так что читатель ни о чем не догадается и, как всегда, будет ворчать на свою газету".
Зная, что рождение каждого выпуска — это вечное чудо, достойное тихого и благоговейного преклонения, в день десятилетия с момента выхода первого номера "Окна" мы решили рассказать вам о тех специалистах газетного дела, которые, в отличие от главного редактора и журналистов, обычно остаются за кадром. Но без которых нашему изданию — никуда!
Секретарь
Каждую порядочную редакцию украшает своим присутствием секретарь. Именно так — секретарь, а не секретарша, хотя в "Окне" на эту должность, как правило, попадают совсем молоденькие девицы. Посетителей нередко смущает длина их ног, жестокое "мини", игривый пирсинг или радикальная стрижка "под ноль". Однако не позволяйте собственным глазам вводить вас в заблуждение! С мозгами у наших красавиц полный порядок. Посидев годик-другой на телефоне, побегав курьерами в тридцатиградусный мороз и под проливным дождем, секретари делают стремительную карьеру. Часть из них уходит в большой бизнес, часть в журналистику, часть по случаю удачного замужества — в декрет. А мы опять остаемся один на один с лавиной телефонных звонков. С непривычки либо бросаемся к аппаратам хором, всей редакцией, либо ждем — возьмет ли хоть кто-нибудь наконец эту несчастную трубку! И опять срочно объявляем кастинг: "Ау! Где вы, умницы чистой красоты?!".
Набор и верстка
Без наборщиков наше дело труба. Эпоху линотипов, когда каждая газетная строчка набиралась отдельно и отливалась в металле, "Окно" благополучно не застало. Зато с многостраничными рукописями, написанными корявыми почерками авторов, наши наборщики намаялись порядочно (благо сегодня, десять лет спустя, все журналисты наконец-то обзавелись собственными компьютерами и набирать самим приходится только объявления). Авторы, правда, тоже намучились с отдельными "кадрами", когда те в креативном порыве вдруг начинали впечатывать тексты в компьютер не так, как написано, а так, как казалось правильным или эффектным самому наборщику. Видимо, общая творческая атмосфера редакции оказывалась заразительной.
Когда все статьи набраны, к ним подступается верстальщик. Без этого специалиста газете тоже не обойтись. Задача "верстака" — разместить пространные мысли журналистов по страницам так, чтобы они красиво заняли строго отведенную им площадь и ни миллиметра больше.
Корректор
В каждой редакции вам расскажут массу историй о том, какие у них бывали "ляпы". Источником их обычно становится наборщик, и если бы не железная рука корректора, исповедующего, как правило, крайний языковой пуризм, свет могли бы увидеть просто-таки "шедевральные" опечатки: "продам кровать с мягким матросом", "магазин «Слонечный»", "депутаны" или "Строй Монтаж Сервиз".
Впрочем, проскользнувшие-таки в печать ошибки бывают даже полезны тем, что веселят читателя. Однажды мы от лица налоговой службы убеждали подать декларации тех горожан, кто в истекшем году "продавал сове имущество". Зато пострадавшие от опечаток авторы реагируют на них крайне кисло, пребывая в уверенности, что искажена и испорчена вся статья, что вообще во вселенной царят хаос, свинство и безобразие. А по существу, дело обстоит не так уж плохо. Ведь по рзелульаттам илссеовадний одонго унвиертисета, не иеемт занчнеия, в кокам пряокде рсапожолены бкувы в солве. Галвоне, чотбы преавя и пслоендяя бквуы блыи на мсете. Осатьлыне бкувы мгоут селдовтаь в плоонм бсепордяке, все рвано ткест чтаитсея без побрелм. Пичрионй эгото ялвятеся то, что мы чиатем не кдаужю бкуву по отдельности, а все солво цликеом.
Корректор одновременно является и литературным редактором, то есть первым читателем материала, оценивающим его понятность и логичность изложения. Автору без корректора — никуда. Кто же еще поправит неточности речи или укажет на нечеткость мысли? "Вы там что хотите пишите, — любит повторять наш корректор, он же литературный редактор, — но в конечном итоге тут все от меня зависит!".
Художник и "папарацци"
В то время как журналист почему-то полагает, что для газеты важнее всего раздобыть информацию, новость или хотя бы маленькую сенсацию, редактор ни на секунду не забывает о том, что публикацию должен сопровождать приличествующий случаю видеоряд. Задача порой оказывается не из легких! Ну скажите, какими еще фотографиями можно в сто первый раз проиллюстрировать коммунальные проблемы города, начиная от заседаний муниципалитета и кончая плохим состоянием общественных уборных (а то и полное отсутствие таковых)? Хорошо, что помимо фотографа, перещелкавшего, похоже, на свою камеру весь город вдоль и поперек, справляться с трудностями нам помогает верный художник, полет фантазии которого ограничивает разве что тема той или иной статьи.
Реклама
В то время как журналист почему-то по-прежнему полагает, что для газеты важнее всего раздобыть информацию, новость или хотя бы маленькую сенсацию, менеджер по рекламе с не меньшим основанием думает, что главное — заполучить побольше объявлений и рекламы. Ведь это живые деньги, из которых можно платить гонорары, производить разные расчеты, а главное — выдавать авансы сотрудникам. Больше всего менеджера по рекламе изумляют рекламодатели, которых удивляет то, что за публикацию их замечательных брендов и слоганов газете, оказывается, нужно платить. В подобных случаях приходится напоминать, что, когда сотрудники "Окна" приходят в рекламируемые ими магазины, бесплатных товаров им там почему-то никто не предлагает!
Внештатные авторы
Внешнюю орбиту редакции составляют так называемые "внештатники". Эти люди — не журналисты по образованию, в редакции у них нет даже своего стола, а материалы они порой робко сдают ночному вахтеру. Но наши "внештатники" — настоящие профессионалы! Чтобы было понятнее, профессионалами в "Окне" считают тех, кто способен произвести своими силами продукт (в данном случае — газетный материал), за который просто нельзя будет не заплатить денег. Их захочется заплатить!
Откуда в Снежинске берутся журналисты? Где-то там, на "большой земле", существуют специальные институты, но к нам (за единичным исключением) отчего-то не попадают люди, которые вышли именно оттуда. Зато каждый из наших авторов имеет диплом — инженера, лингвиста, искусствоведа или юриста. Журналистом в Снежинске становятся обычно после того, как по молодости и неопытности напишут что-нибудь в газету. К немалому изумлению автора заметку печатают, а когда он приносит вторую, редактор говорит ему: "Напишите нам что-нибудь еще". Таким образом, в большинстве случаев человек превращается в журналиста в результате совращения. Иногда человек идет в газету потому, что чувствует: он может хорошо писать. Но это необязательное условие. Журналистами, как и актерами или политическими деятелями, становятся люди самых разных профессий, оказавшиеся на бездорожье (странно только, что в нашем городе с бездорожья в журналистику сворачивают преимущественно женщины).
Без них нам — никак!
Не могу точно описать вам машину, на которой печатают газету. Но если бы она стояла где-нибудь на берегу Замбези, туземные племена, наверное, принимали бы ее за божество и приносили бы ей жертвы, — такая это замечательная вещь. Каждую ночь со среды на четверг с одной стороны в нее поступает чистая бумага, а с другого конца сыплются уже готовые, сложенные экземпляры еженедельника. Не хватает только кофе и булочки — это уж любезный читатель должен обеспечить себе сам.
Как только газета сходит с печатного станка, она становится товаром, который нужно доставить покупателю и продать. Этим занимается экспедиция — она распределяет тираж среди торговых точек и подписчиков, пребывая в уверенности, что нет ничего важнее, чем доставить газету читателям.
Читатель
Читатель — следующий важный газетный фактор. Во-первых, потому, что он ее покупает, во-вторых, потому, что в известной мере участвует в ее создании. В каждой редакции существует множество различных взглядов на то, чего хочет или не хочет "наш читатель". Наш читатель не хочет, чтобы его слишком много пичкали политикой, но желает, чтобы его честно информировали о ней. Наш читатель требует чистоты в родном городе и одобряет выступления против жестокого обращения с животными. Наш читатель любит умные рассуждения, но не меньше их обожает и какое-нибудь веселое чтиво.
В общем, все, что печатается в газетах, появляется там лишь потому, что "читатель этого требует". Правда, сам читатель об этом не заявляет, зато он часто письменно или устно сообщает, чего не хочет видеть на полосах: "Уважаемая редакция, ежели в вашей газете будут еще печатать всякую чепуху в разделе «Послания» и несмешные анекдоты, то я вашу почтенную газету выписывать перестану, о чем и сообщаю с совершенным почтением. Читатель такой-то. Р. S. Вашу почтенную газету выписываю уже восьмой год...".
По каким-то глубоко психологическим причинам читатели значительно реже утруждают себя положительными откликами на выступления газеты. Это такая редкость, что редакция в подобных случаях на следующий день заявляет: "Мы завалены сотнями откликов, в которых выражается горячее одобрение со стороны всех слоев нашей читательской общественности". Отсюда видно, что читатель газеты — существо непостижимое и угодить ему нелегко. Однако, несмотря на все неувязки, высшим законом для нас останется формула: "Читатель этого требует!".
А. Малахова
(с признательностью К. Чапеку)
Попробуйте представить, что вы – сотрудник газеты "Окно". Дайте волю фантазии.
«Фантазия у меня работает слабо. Я, видно, человек нетворческий и в качестве журналиста непригодна. Могу принести пользу "на вторых ролях". Это может быть подбор справочной информации, помощь в сборе материалов для редактора, верстка, корректура и тому подобная рутинная работа. Только это уже не так интересно, как работа журналиста. И плохо оплачивается, наверно. Да?» Светлана, возраст средний
«Хм, заманчиво... Мало на земле профессий, которые со стороны кажутся такими романтичными и авантюрными, увлекательными и полными высокого творчества, как ремесло журналиста. Про них снимают кино и пишут приключенческие романы. Еще говорят, что это "вторая древнейшая профессия". Критикуют, обвиняют во всех грехах, но все же обаяние легенды оказывается сильнее. Если представить, что у меня вдруг обнаружились способности к журналистике и я устроился работать к вам в редакцию за хорошие деньги (ха-ха — и то и другое из области фантастики!), то я первым делом попытался бы "пробить" персональную страничку в каждом номере. Что-то вроде "всегда ваша Фенечка". Я даже брэнд подходящий придумал – какой, не скажу. Тематика? Компьютерная, обзор изданий, чатов, "горячие" новости. Я нашел бы, о чем написать. Это привлекло бы к газете больше молодежи. "Окно", если честно, рассчитано на средний возраст, а не на молодых.» Антон, 25 лет
«Не представляю! Честно, совсем не представляю. Наверно, я для профессии репортера не гожусь.» Ольга, 29 лет
«Если бы я работала в газете, я бы сделала (как это сказать?) более широкий обзор, что ли. Это поможет привлечь читателей, люди будут покупать "Окно" вместо центральной прессы. Одну страницу надо посвятить общемировым новостям, еще одну – тому, что произошло за неделю в России, причем писать о наиболее интересных и хороших событиях, а катастроф, убийств и прочей "чернухи" должно быть как можно меньше, нас этим по телевизору кормят до отвала. Областным новостям можно отдать целый разворот. Сейчас новости легко насобирать в интернете. Правильно, газета местная, "Россия начинается со Снежинска", но ведь и Снежинск — это часть России и всего мира.» Юлия, 36 лет
«Могу представить себя только главным редактором, на меньшее не согласен.» Л.
«Пофантазировать? Если бы я стала главным редактором, то оставила бы все как сейчас, потому что в "Окне" есть и общение с жителями города, и информационные сообщения, и "развлекаловка" — кроссворды, анекдоты. "Окно" — газета для всех категорий и возрастов.» Мила
«Я бы тогда попробовал написать художественное произведение, которое наделало бы больше шума, чем "Метро в Снежинске". Или сделал бы какой-нибудь суперский фоторепортаж. Статьи писать скучно. Нет, я не пробовал, но школьные сочинения на заданную тему никогда не любил. "Отсебятина" получалась намного лучше.» Евгений
При полном или частичном использовании материалов ссылка на сайт www.port-all.ru/okno обязательна.
Мнения и взгляды авторов не всегда совпадают с точкой зрения редакции.
Каждую порядочную редакцию украшает своим присутствием секретарь. Именно так — секретарь, а не секретарша, хотя в "Окне" на эту должность, как правило, попадают совсем молоденькие девицы. Посетителей нередко смущает длина их ног, жестокое "мини", игривый пирсинг или радикальная стрижка "под ноль". Однако не позволяйте собственным глазам вводить вас в заблуждение! С мозгами у наших красавиц полный порядок. Посидев годик-другой на телефоне, побегав курьерами в тридцатиградусный мороз и под проливным дождем, секретари делают стремительную карьеру. Часть из них уходит в большой бизнес, часть в журналистику, часть по случаю удачного замужества — в декрет. А мы опять остаемся один на один с лавиной телефонных звонков. С непривычки либо бросаемся к аппаратам хором, всей редакцией, либо ждем — возьмет ли хоть кто-нибудь наконец эту несчастную трубку! И опять срочно объявляем кастинг: "Ау! Где вы, умницы чистой красоты?!". 
Без наборщиков наше дело труба. Эпоху линотипов, когда каждая газетная строчка набиралась отдельно и отливалась в металле, "Окно" благополучно не застало. Зато с многостраничными рукописями, написанными корявыми почерками авторов, наши наборщики намаялись порядочно (благо сегодня, десять лет спустя, все журналисты наконец-то обзавелись собственными компьютерами и набирать самим приходится только объявления). Авторы, правда, тоже намучились с отдельными "кадрами", когда те в креативном порыве вдруг начинали впечатывать тексты в компьютер не так, как написано, а так, как казалось правильным или эффектным самому наборщику. Видимо, общая творческая атмосфера редакции оказывалась заразительной. 
В то время как журналист почему-то полагает, что для газеты важнее всего раздобыть информацию, новость или хотя бы маленькую сенсацию, редактор ни на секунду не забывает о том, что публикацию должен сопровождать приличествующий случаю видеоряд. Задача порой оказывается не из легких! Ну скажите, какими еще фотографиями можно в сто первый раз проиллюстрировать коммунальные проблемы города, начиная от заседаний муниципалитета и кончая плохим состоянием общественных уборных (а то и полное отсутствие таковых)? Хорошо, что помимо фотографа, перещелкавшего, похоже, на свою камеру весь город вдоль и поперек, справляться с трудностями нам помогает верный художник, полет фантазии которого ограничивает разве что тема той или иной статьи. 
Внешнюю орбиту редакции составляют так называемые "внештатники". Эти люди — не журналисты по образованию, в редакции у них нет даже своего стола, а материалы они порой робко сдают ночному вахтеру. Но наши "внештатники" — настоящие профессионалы! Чтобы было понятнее, профессионалами в "Окне" считают тех, кто способен произвести своими силами продукт (в данном случае — газетный материал), за который просто нельзя будет не заплатить денег. Их захочется заплатить! 
Не могу точно описать вам машину, на которой печатают газету. Но если бы она стояла где-нибудь на берегу Замбези, туземные племена, наверное, принимали бы ее за божество и приносили бы ей жертвы, — такая это замечательная вещь. Каждую ночь со среды на четверг с одной стороны в нее поступает чистая бумага, а с другого конца сыплются уже готовые, сложенные экземпляры еженедельника. Не хватает только кофе и булочки — это уж любезный читатель должен обеспечить себе сам.